любого гражданина Массалии.
На практике выходило много сложнее. Махинации корпораций, последствия взломов и любительских блоков на определенную информацию, все это существенно снижало возможности государственных чиновников копаться в головах налогоплательщиков. При этом парламентские структуры обладали своими головоломами, не в их традициях привлекать кого-то со стороны, тем более обставлять дело с такой показушной таинственностью.
Они могли в любой момент даже оторвать Сигурда от грядок, а не оставлять после себя ужасающее количество следов. Чудовищное сочетание могущества, профессионализма и небрежности наводила на мысль о том, что хэппи энда ждать не стоило.
04
Когда-то северный полигон фирмы "Account Unlimited" определенно являлся частью свалки бытовых отходов. Бульдозеры расчистили небольшую площадку под типовой двухэтажный офис, в строительном материале которого явно использовался спрессованный мусор.
Проходя через рамку объемного сканирования, Карлсон заметил декоративный логотип "7UP" проступающий сквозь небрежно набрызганную пульверизатором краску. За турникетом маялся от скуки двухметровый мускулистый охранник с наушником внутренней связи и внушительным автоматом ливийского производства. Чуть в отдалении изображал ожидание еще один обитатель полигона, судя по костюму — менеджер среднего звена.
— Им приходится изображать из себя фирму, — будто бы извиняясь за деловую атрибутику бросил Диал-Ап, пропуская Карлсона вперед. — Иначе навесят ярлык террористической организации и прямой наводкой со спутника…
— Наконец-то! Это точно он, а не орегонская подделка?
Увидев головолома менеджер оживился, внимательно оглядел Карлсона через адреалиновые очки, подождал пока охрана не просканирует прибывших на предмет следящих устройств и сразу же после отмашки подскочил к Диал-Апу.
— Гарантия! Профи, баб ломает на раз. Я тут за ним несколько дней назад попытался проследить, так он, даже нажравшись вусмерть все равно бабу подобрал, недоломанную.
В голосе Диал-Апа звучала такая гордость за проделанную работу, что Карлсон предпочел не оглядываться, чтобы случайно не стошнило от лицезрения избыточного подобострастия.
— Ну смотри, — предупредил менеджер, напуская на лицо пугающее выражение полного безразличия к дальнейшей судьбе Диал-Апа, а в следующую же секунду словно забывая о его существовании.
— Мистер…
— Карл! — поспешил проинформировать начальство Диал-Ап, но был проигнорирован. — Называйте меня Карлом, — попросил Карлсон, — Просто, быстро, надежно. Легко запомнить.
Должно быть, такой реплики менеджер не ожидал, потому что засмущался и нерешительно посмотрел на свою руку, протянутую в приветливом жесте. Карлсон собрал волю в кулак и немедленно эту руку пожал.
— Хью Морган, — представился менеджер, очевидно за счет условного рефлекса. Звуки собственного имени, похоже, привели его в чувство, поскольку он тут же подхватил Карлсона под руку и быстрым шагом повел по коридору. Диал-Ап остался позади, только и успев отправить головолому сообщение о получении аванса.
Хорошо натренированный голосовой аппарат Моргана выплевывал слова с такой скоростью, что Карлсон едва успевал отделить одно от другого.
— …занимаемся прокладкой сетевого кабеля, в том числе и в труднодоступные районы страны. Разумеется, высокая степень защиты, современные методы криптозащиты… — вещал он, буквально вталкивая Карлсона в дверь с табличкой "Отдел кадров".
— … а теперь запустим эту штуку! — Морган отработанным движением выхватил мобильный телефон и на что-то нажал. Только сейчас, уболтанный рекламной скороговоркой Карлсон сообразил, что весь стандартный кабинет офисного работника, с антикварным постером восьмого "Терминатора", календарем, пресс-папье в форме Статуи Свободы и гигантским старинным фотопринтером на самом деле является лифтом, увозящим его в какие-то засекреченные глубины корпоративного мироздания.
— Терпеть не могу этот бред, — резко сменив интонацию и темп речи заметил Хью Морган, явно наслаждаясь замешательством головолома. — Но приходится соответствовать имиджу. В противном случае заметут, промоют мозги, а всю эту контору, на основании моих свидетельских показаний зальют высокотоксичной отравой. Мы тут заняты действительно важными вещами, но я о них тебе все равно не скажу, и ты мне будешь за это по гроб жизни благодарен, потому что одно неосторожное слово, и ты наш сотрудник. Или клиент, если не согласишься подписать контракт, то посмертно.
Лифт остановился, в дверь вошли еще двое, как будто только что из комикса. На первом был белоснежный халат, при взгляде на который слезились глаза, а на втором — бронежилет под деловым костюмом и темные очки на две трети лица. Обладатель халата был явным магрибинцем, с легкой, едва угадываемой примесью азиатских кровей. Черты человека с бронежилетом намекали то ли на Корсику, то ли на Сицилию.
— Мальчики, это Карл, он будет ломать нашу гостью, — представил Карлсона Хью Морган. — Будьте с ним приветливы. В меру, естественно.
— Мы, твоя группа поддержки на первом этапе операции, — улыбнулся человек в халате. — Меня зовут Свен, я лицензированный чип-ридер, но на том этапе работ, который на твоей ответственности, осуществляю аппаратную, медикаментозную и хирургическую поддержку, а также общую программную защиту от встречных атак. А Бобби будет смотреть на нас издалека и держать пациентку на прицеле. Во избежание несчастного случая с кем-либо из нас. Он у нас меткий стрелок, хотя вечно ворчит, что стрелять пулями со снотворным это издевательство над идеей стрельбы в человека.
Пока Карлсон соображал, как реагировать на подобное представление Морган успел вытащить из внутреннего кармана сенсорную пластину с фотографией и протянуть ее головолому.
— А вот та, которую тебе предстоит взломать. Как можно скорее и качественнее.
05
Как и все нормальные подростки своего поколения Карлсон жалел своих родителей и страстно ненавидел всех остальных предков. Особая доля ненависти доставалась прадеду, у которого было две собственных машины с двигателями внутреннего сгорания, загородный дом и даже яхта, правда совсем небольшая.
За свою долгую жизнь прадед превратил в дым более трех тысяч тонн бензина — богатство, представить которое Карлсон мог лишь как абстракцию или в виде строчек финансового отчета.
Он еще застал последние следы былой роскоши: родители продавали старую технику на черном рынке, лишь бы свести концы с концами. Когда Карлсону исполнилось семь, его продали в древнюю, но все еще крепкую корпорацию "Сен-Гобен", в начальную школу менеджеров.
Отсев в школе был зверский, три четверти кандидатов вылетали после нескольких лет обучения, зато все это время родителям платили немалые деньги, а его самого держали на полном пансионе.
Карлсон вылетел после девятого класса, уже неплохо разбираясь в жизни, экономике и корпоративной политике относительно чипизации сотрудников. Анонимку, благодаря которой вскрылись его махинации с экзаменационными билетами, он написал из-под левого одноразового аккаунта, выпав при этом из нижних элитарных страт в мир, где подавляющее большинство не умело даже печатать.
Вылетевших на такой поздней стадии обучения немедленно подхватывали компании меньшего размера, Карлсон не стал исключением. В семнадцать лет он получил свой чип, незадолго до принятия закона о переходе с пластиковых паспортов на электронные имплантаты.
В двадцать два,
